Вниманию читателей предлагается фрагмент хранящейся в библиотеке ОЦАД книги протоиерея Ростислава Романовича Лозинского "Русская литургическая письменность. Пути исторического развития и анализ богословского содержания", которая является опубликованной работой на соискание степени магистра богословия.

Аннотация:

Магистерская диссертация отца протоиерея Ростислава Романовича Лозинского «Русская Литургическая письменность» посвящена юбилейному историческому событию: четырехсотлетию печатного «Апостола» на церковном языке. Такая исторически значимая дата в литургической науке не могла пройти незамеченной в русском богословии.

Обладая широким научным кругозором и являясь носителем целостного научного мировоззрения, отец протоиерей Ростислав Романович Лозинский, работая над магистерской диссертацией, исходил из того, что "знание богословского содержания служб русским святым знание глубины Православия", – это приобщение к духовному богатству русского народа, познание глубины Православия».

По этой причине православное христианство в магистерской диссертации предстает перед читателем как целостная богословская, литургическая и мировоззренческая система. В этой системе богословие основывается на непосредственном литургическом опыте, из литургии и богословия вытекают основные характеристики церковного искусства: икона, церковное пение, литургическая письменность, архитектура.

Учитывая, что богословие и богослужение с его текстологией влияют на аскетическую практику, наличное благочестие христиан, трудотца протоиерея Ростислава Романовича Лозинского, помимо собственно научного, имеет и большое воспитательное значение.

Фрагмент книги:

Место литургического богословия в общей системе богословских наук

Рассматривая Богословие как систему определенных наук в историческом разрезе их развития, следует особо отметить тесную связь, существующую между догматической и литургической ветвями единого Богословия. Интенсивность богословской мысли в догматической области всегда имела следствием усиление развития литургического творчества Церкви.

Для подтверждения зависимости между развитием догматического учения и увеличением числа памятников литургического творчества достаточно привести два исторических примера.

Известно, что именно ко времени окончания эпохи Вселенских Соборов, когда было выработано и зафиксировано на все времена догматическое основание (базис) христианской Церкви — именно к этому времени приурочивается период наибольшего расцвета гимнографического творчества Отцов VIII века. Только в это время могли «процветать» в своих бессмертных молитвословиях святые Андрей Критский (†770), Герман, архиепископ Константинопольский (†787), Златострунный Иоанн Дамаскин (†780), св. Иосиф песнописец (†883), Косьма Маюмский (†776), Феофан исповедник (†842) и многие другие.

В своих богомудрых литургических творениях указанные святые Отцы раскрывают основные догматические постулаты Вселенской Церкви: Тайну Троичности, Божество Иисуса Христа и его Богочеловечество, почитание Богоматери, святых, икон и праздников. Все эти темы были проработаны и утверждены Вселенскими Соборами и теперь через церковные песнопения нашли открытый и широкий путь в массу верующего народа.

Полнота догматического учения Церкви стала одновременно и полнотой её литургического величия и красоты!

Другой пример можно привести из истории Русской Церкви. В XVI в. благодаря трудам митрополита Макария и его школы на Руси отмечается необычайное движение богословской мысли в научно-литературной области. И именно в этот период было создано наибольшее количество русских литургических памятников, отличающихся своими высокими духовными достоинствами.

Изучая пути Богословия во время его исторического развития, можно отметить определенную тенденцию к обособлению Богословия как вида искусства от области внутренней духовно-эмоциональной жизни человека. Особенно на Западе Богословие стало исключительно интеллектуальной, отделённой от сферы благочестия и церковнобогослужебной жизни. Этот разрыв пагубно отразился как на богословии, так и на богослужебной жизни вообще и в частности на богослужебном творчестве Церкви. Богословию грозила опасность стать дисциплиной сухой, схоластической, предметом «умствования» специалистов-богословов. Литургическое же творчество Церкви, не имея Богословия как стража и хранителя чистоты Апостольского учения, могло быть засорено, искажено и извращено.

Усваивая западную структуру и метод т.н. школьного Богословия, русская богословская мысль, начиная с XVIII в., оказалась надолго отрезанной от одного из своих самых насущных, самых естественных корней – от литургического предания. Произошел разрыв между Богословием как наукой и живым всеобъемлющим и вдохновляющим многовековым опытом св. Церкви. Говоря о разрыве между богословской ученостью и церковным опытом, возникшим в результате перенесения латинской школы на русскую почву, прот. проф. Г. Флоровский писал: «... молились ведь еще по-славянски, а богословствовали уже по-латыни... Богословие строилось западное».

После Петровской эпохи увлечения западными течениями в Богословии, начиная с приснопамятного митрополита Филарета, наступает возвращение русского Богословия к святоотеческому учению. Новое направление, названное «сердечным Богословием», ставило своей целью образование «внутреннего человека». Популярное выражение того времени: «pectus est quod facit theologum» (сердце образует богослова) вполне характеризует задачи Богословия середины XIX в.

Только внутреннее, глубокое единение богословских теоретических знаний, опыта и познания духовной жизни человеческой души могут быть залогом создания высококачественных глубокоидейных памятников литургического творчества.

В системе богословских наук литургика как учебное руководство появилась сравнительно недавно. Долгое время под литургикой понималось учебное руководство, предназначенное, главным образом для священнослужителей, излагавшее порядок церковных служб и кратко объясняющее символическое значение обрядов и утвари. Литургика относилась к разряду дисциплин вспомогательных или практических.

Начиная с середины прошлого XIX столетия пробуждается новый интерес к литургическому творчеству Церкви, основанный на изучении исторической основы и внутреннего содержания богослужебных памятников. Труды наших отечественных богословов Н.Ф. Красносельцева (1898 г.), А.А. Дмитриевского (1929), И.Д. Мансветова (1885), М.Н. Скабаллановича (1931 г.), А.И. Карабинова (1920 г.), А.П. Голубцова (1930 г.), епископа Порфирия Успенского (1885 г.), Н.И. Глубоковского (1937 г.) и других явились не только новой знаменательной эпохой русского Богословия в целом, но своего рода «золотым веком» глубокого богословского анализа литургического творчества Церкви, явившим подлинную красоту и ценность памятников русского литургического творчества.

Содержание и задачи русской литургической письменности

Основной целью Богословия является возведение человека от земли к небу. Задача эта настолько почетная и вместе с тем ответственная, что делает Богословие наукой несравненною среди других наук.

Сообразно поставленной цели для всего Богословия и отдельные дисциплины, входящие в состав Богословия, могут быть рассматриваемы и оцениваемы как помогающие в той или иной степени указанной цели. И здесь одно из первых мест принадлежит именно литургическому Богословию и литургической письменности.

В силу тесной и неразрывной связи между духом и телом человек не может не выражать своих мыслей и чувствований во внешних формах. Неизбежность выражения религиозного чувства вызывается его интенсивностью, напряженностью, превосходящей напряжение всех других чувствований, и постоянством. Человек не может не выражать своих религиозных эмоций непосредственно, активно, более или менее продолжительно и достаточно убедительно. Совокупность всех внешних форм и действий, отражающих внутреннее содержание веры и религиозного настроения души, и образует то, что называется богослужением или культом. Богослужение, являясь естественным обнаружением религии, обусловливает ее существование, бытие. Только в богослужении религия находит свое сознательное, конкретное, полное бытие. Без внешнего выражения в какой бы то ни было форме субъективная религия даже не сознавалась бы человеком как таковая, не существовала бы для него в качестве ясного реального бытия.

Православное богослужение является наглядным выражением того живого союза, который существует между людьми и Богом. Оно отражает в себе весь круг божественного домостроительства (οἰκονομία) о Человеке — восходя к первоначальному Откровению Ветхого Завета, сотворению мира, грехопадению и приводя всех к божественным стопам явившегося во плоти Мессии Христа Спасителя.

Литургические памятники объединяют многие отдельные богословские дисциплины в единое целое устремленное динамическое движение земного к небесному. Профессор Киевской духовной академии М.Н. Скабалланович высказывал мнение, что «православное богословие может исчерпываться одним богослужением, т.е. что в богослужении нашем собрано и изложено решительно все, что может и должен думать о Боге и спасении всякий христианин».

Значение сознательного участия в богослужении и роль церковных песнопений в деле спасения человека подчеркивается не только нашими литургистами, но и богословами, известными своими нравственно-назидательными сочинениями. Так, преосвященный Игнатий Брянчанинов в свое время писал: «Церковные молитвословия содержат в себе пространное христианское догматическое и нравственное Богословие: посещающий неупустительно церковь и тщательно внимающий ея чтению и песнопению может отчетливо изучиться всему нужному для православного христианина на поприще веры».

Богослужение охватывает все «возрасты» духовной жизни — от простого стояния за службой до глубин созерцания Божества, каждая служба для человека, приходящего без предвзятого мнения, является средством и путем его духовного возрастания.

Задача Богословия — связать человека с Богом и Бога с человеком — лучше всего и полнее всего осуществляется в молитвенно-богослужебном служении Православной Церкви. Литургическое творчество Церкви не ставит своею целью создание новых основных истин веры (догматов). Оно призвано на основании установленного всей Церковью учения веры раскрыть богословское содержание праздника или воспеть духовный образ святого. Догматические истины веры в церковных песнопениях, сохраняясь в полной неприкосновенности и неповрежденности, лишь приобретают литургические образы и форму.

Литургическое творчество — это призма, отражающая уже существующий свет, именно отражающая, а не творящая новый источник света. Луч, проходящий через призму, видоизменяется, усиливается или уменьшается, может менять цвет и направление, но при всем этом его внутренняя сущность остается неизменной.

Подобно этому и литургическое творчество развивает, популяризирует то, что содержится в сокровищнице Православного Богословия.

Православные литургисты, в том числе и русские, не ставили себе целью дать точное изложение или раскрытие догматического учения Церкви. Они касались этих вопросов лишь попутно, поскольку это было необходимо для раскрытия богословского содержания данного праздника. Истины Православной Церкви изложены в так называемых символических и вероучительных книгах Церкви (Символы Веры, Правила Святых Апостолов и Вселенских и Поместных Соборов, изложения веры Святых Отцов, например «точное изложение Православной веры св. Иоанна Дамаскина», и др.).

Произведения литургического характера ставили своей главной целью дать нравственно-молитвенное творение, имеющее в основе св. Библию и Священное Предание, согласованное с учением Православного Богословия и раскрывающее аскетический опыт Православной Церкви.

Раскрывая в своем богослужении всю полноту идеи нашего спасения, Православная Церковь выражает ее через слово, символы и обряды, путем вокального исполнения, в иконографических и архитектурных формах.

Задачи литургики — не только дать правила совершения богослужения, но и показать философию богослужения, в котором религиозные элементы облекаются в художественную форму.

Образно говоря, литургическое творчество заполняет тот Дом (т.е. Церковь), который создал Творец. Литургической тематикой – творением человеческого духа, инспирированного Духом Святым, заполняется все духовное здание Церкви.

Отличительной чертой Восточной православной Церкви является тот неоспоримый факт, что, при всем богатстве форм и великолепии внешности, в богослужении сохраняется равновесие между формой и содержанием. Истинно прекрасная форма органически сливается со своим моральным содержанием и всегда верно, точно и очень часто с предельной лаконичностью отражает духовную идею. Православной Церкви чужды внешние эффекты, на первом месте всегда доминирует Дух и Идея. Простота и величие Мысли воплощаются в простых и безыскусственных, хотя и величественных, формах богослужения. Величие в простоте, и простота в подлинном величии! Одним и тем же духом овеяны символика катакомб, красота древних фресок новгородской или псковской Руси и монументальные сооружения Владимира и Москвы, лаконичность первых русских служб, величие языка митрополита Илариона и глубина мысли святителя Кирилла Туровского.

Наиболее глубокое определение, подводящее итог всем стремлениям формулирования сущности Богословия, находим у видного отечественного богослова начала XX века протоиерея профессора магистра Богословия И.И. Галахова. Во втором томе богословско-философского исследования «О религии» он ставил следующую задачу перед современным Богословием: «...Оно должно умереть медленно, но верной смертью. Если христианское богословие есть только слово о Боге, а не самое СЛОВО БОЖИЕ, не Логос Божий, вечно звучащий в душе человека и стучащий в наше сердце, то значение его слишком ничтожно: оно останется доктриной сухой, непонятной и никому не нужной. И вечные проблемы останутся в нем вечными тайнами, и вечность навсегда пребудет чуждою, туманною областию бытия».

Прилагая эти слова к литургической письменности, следует рассматривать каждую службу не только как Слово о Боге или Святом, а как глагол Самого Бога или празднуемого Святого, глагол, обращенный ко всем молящимся в храме. «Древле Бог глаголавый отцем во пророцех...» в новозаветной Церкви должен «жечь сердца» людей в живом Слове православного богослужения.

Через литургическое многообразие служб и чинопоследований Православной Церкви христианину передается Божественное Откровение, сообщается СЛОВО БОЖИЕ, являющееся Светом истинным, просвещающим всякого человека.

От автора

В заключение вступительной части работы необходимо дать краткое обозрение литургической литературы и остановиться на плане и методе разработки темы настоящей работы.

Основным фактическим материалом работы являются богослужебные книги Православной Церкви — это неисчерпаемая сокровищница богословской мысли.

В связи с тем, что работа писалась вдали от наших известных книгохранилищ и собраний древних рукописей, автор работы мог пользоваться очень ограниченным литературным материалом, и источники древнерусской письменности прорабатывались в сравнительно поздних редакциях, например Минеи месячные были не ранее 1610 г., Общая Минея — 1582 г. издания. Более древние рукописи были использованы только по описанию их у других авторов.

Богословская литература, посвященная анализу содержания, текста или исторического происхождения русских литургических памятников, не только не богата, но прямо можно сказать, даже бедна. Бедна она количественно, качественно и устарела по времени издания.

Кроме авторов отдельных монографий, в богословских и духовно-религиозных журналах прежних академий, а также ряда статей в издающемся в наши дни «Журнале Московской Патриархии», немногие богословы обращались к специальному исследованию литургических памятников Русской Церкви в целом.

Больше всего на этом поприще потрудился приснопамятный черниговский архиепископ Филарет (Гумилевский †1866 г.). Его главный двухтомный труд, имеющий отношение к литургическим памятникам, — «Обзор русской духовной литературы» — был издан более 100 лет назад. Преосвященный Филарет с большим вниманием по периодам русской истории перечисляет русских духовных писателей, создававших отечественную богословскую литературу. Этот труд является летописным хронологическим перечнем, содержащим до 785 имен с кратким описанием заслуг каждого писателя перед русской культурой. Среди множества имен внесены и творцы русских литургических памятников. Оба тома охватывают период времени русской духовной литературы с 862 по 1858 гг.

Протоиерей К. Никольский (†1911 г.) посвятил свой труд службам, совершавшимся на Руси в дониконовский период. Его книга «О службах Русской Церкви, бывших в прежних печатных богослужебных книгах», содержит очень ценный исторический материал, но издана она также почти 100 лет тому назад в 1885 г. и не имеет научно-критического анализа.

И. Мансветов в своей книге «Церковный Устав его образование и судьба в Греческой и Русской церкви», изданной в Москве 1885 г., разбирает специальную тему истории Типикона Русской Церкви в процессе его исторического образования. Для уточнения списка служб русским святым особо важное значение имеет сообщение автора о том, что из Уставов 1682-1695 гг. было исключено около 50 памятей святых и в том числе немало русских, например св. Николаю Колчанову, Ефросину Псковскому и др. (Цитируемая книга стр. 326-362).

Книга архимандрита Леонида «Святая Русь» (СПб., 1891 г.) схематично перечисляет русских святых, подвизавшихся до XVIII в. и сгруппированных по отдельным зонам России. Очень кратко упоминается о наличии службы святому, а иногда и времени ее составления.

Учебники по литургике для духовных школ дореволюционной России (например – П. Лебедев – «Наука о богослужении Православной Церкви», Москва, 1895 г., Е. Нестеровский, «Литургика или наука о богослужении Православной Церкви», Москва, 1909 г.) являлись руководствами, дающими знания о храме, его устройстве и принадлежностях, сообщающими практические указания для совершения богослужения. К сожалению, о богословском содержании таинств и священнодеиствий эти учебники почти умалчивали. Это происходило оттого, что сами авторы литургику относили к Практическому Богословию, а не связывали ее с совокупностью всего Богословия Православной Церкви.

Только в самом конце XIX и в начале XX вв., в связи с пробуждением интереса к русской старине вообще и к русской литургической письменности в частности, появился ряд русских богословов, раскрывавших внутреннее богословское содержание русских литургических памятников и давших критический анализ литургического текста. Их имена приведены в работе выше, в связи с разбором поставленной темы.

В середине XX века вопросам новой дисциплины — литургическому Богословию — посвятил целый раздел своей книги «Пути русского богословия» протоиерей профессор Г. Флоровский.

В наши дни наиболее талантливым экзегетом богослужебного текста славянских Миней является современный богослов Ф.Г. Спасский. Его исследования, содержащиеся в книге «Русское литургическое творчество» (издана в 1951 г.) и ряде журнальных статей, являются ценным пособием для понимания русских богослужебных памятников. К сожалению, автор, по собственному его признанию, не касается «русского богословствования», не дает анализа богословского содержания русских служб, а лишь ограничивается констатированием внутренних и внешних особенностей служб. Ф.Г. Спасский разбирает только службы, вошедшие в современные Минеи, и таким образом десять служб последнего периода не попали в его книгу.

Ценность исследования Ф.Г. Спасского заключается в избранном им методе изучения русских литургических памятников: метод экзегеза текстов книг Священного Писания Ф.Г. Спасский применяет к богослужебному тексту. Он кропотливо анализирует отдельные богослужебные фразы, устанавливает их зависимость от ранее составленных служб и определяет их влияние на позднейшее русское литургическое творчество.

Не только влияние русских служб друг на друга, но и заимствование русских литургистов у греческих и южнославянских авторов – все это ясно выступает в книге Ф.Г. Спасского.

Главы «Русского литургического творчества» – «Новые службы греческих Миней» (стр. 17), «Службы не находящиеся в Греческих Минеях» (стр. 21) знакомят читателя с современным положением литургического творчества Греческой Матери-Церкви.

Греческие акростихи, потерявшие свое значение при переводе книг, заинтересовали русских любителей криптографии, и с XVI в. акростихи стали появляться в славянских книгах под именем краегранесий и краестрочий. Заслуга Спасского Ф.Г. в том, что он впервые всесторонне их исследовал, удачно расшифровал и тем открыл имена составителей многих русских служб и время их написания.

Разобрав в своей книге до 107 служб, Ф.Г. Спасский не всем им уделил одинаковое внимание. Большую ценность имеют анализы киевских служб (например, преподобному Феодосию Печерскому на стр. 81) и анализ службы преподобному Сергию Радонежскому (стр. 107 и 84). Наиболее слабо разобраны службы преподобному Серафиму Саровскому (всего 6 строк на стр. 246) и святителю Митрофану Воронежскому (14 строк на стр. 249).

В изложении материала нет единой системы: первоначально автор разбирает службы киевского периода (эпохальное или территориальное деление служб), а в дальнейшем службы рассматриваются по видам отдельных групп святости, например службы преподобным, святителям, юродивым и т.п.

Пространные примечания, помещенные в конце каждой главы «Русского литургического творчества», увеличивают объем разбираемого в тексте материала и дают направление для дальнейшей самостоятельной проработки данной темы.

Книга Ф.Г. Спасского является ценным богословским трудом, открывающим принципиально новый подход к анализу русской литургической письменности на уровне современного научного исследования.

В настоящей работе все памятники русской литургической письменности, в зависимости от их внутренних или внешних предпосылок, классифицированы в пять групп или периодов:

  1) Киевское литургическое творчество  

     а) домонгольского периода (от XI до половины XIII ст.)  

     б) первых двух веков монгольского ига (1238-1438 г.)

 2) Расцвет русского агиологического творчества (от середины XV до конца XVI в.)

 3) Литургические памятники XVII в.

 4) XVIII и XIX вв.

 5) XX в.

При рассмотрении каждого периода указывается общая характеристика литургической письменности, определяется ее богословское и научное значение, дается анализ отдельных наиболее характерных памятников литургической письменности данной эпохи.

Подробный разбор отдельных служб необходим для того, чтобы выявить, каким, часто сложным, путем шла богословская мысль в своем историческом развитии, прежде чем она приняла современную форму и содержание. Как эксегез не только глав, но и отдельных стихов Священного Писания открывает глубину Божественного Слова, так и детальный разбор литургических памятников (особенно служб) приобщает к тайнам Богословия.

Анализ отдельных служб полнее выявляет связь литургических памятников с Богословием, показывает, как отдельные богословские дисциплины находят свое преломление в данной службе (метод научного или деятельного Богословия) и раскрывает, как через ту же службу человек приближается к святости, к Богу (метод созерцательного Богословия).

Только идя путем аналитического исследования многовекового литургического наследия русского народа, можно достигнуть определенного синтеза, показывающего все значение, всю мощь литургического опыта Русской Православной Церкви.

Оглавление

ВВЕДЕНИЕ  

Четырехсотлетие печатного «Апостола» на церковнославянском языке как юбилейная дата в истории литургического творчества  

ОСНОВНЫЕ ЗАДАЧИ И ПУТИ РУССКОГО ЛИТУРГИЧЕСКОГО ТВОРЧЕСТВА  

1. Основы литургического творчества вообще и русского человека в частности

2. Определение методов исследования литургических памятников

4. Содержание и задачи русской литургической письменности  

5. От автора

Часть I. САМОБЫТНОЕ ЛИТУРГИЧЕСКОЕ ТВОРЧЕСТВО РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ С XI ПО ХХ ВЕК 

Период первый. Киевское литургическое творчество (ХІ-ХІІІ вв.)  

1. Вступление и общая характеристика периода  

2. Литургические памятники, прославляющие святых и события домонгольского периода ( от XI до половины XIII столетий)

    А. Анализ служб:

        свв. мученикам Борису и Глебу  

        преп. Феодосию Печерскому  

        блаж. равноапост. Ольги  

        блаж. равноапост. Владимиру  

        святителю Леонтию Ростовскому  

   Б. Слова (проповеди) и молитвы, составленные по поводу различных событий Киевской Руси домонгольского периода.

   В. Жития святых (летописи) домонгольского периода.

3. Литургическая письменносrь первых двух веков монгольского ига (1238-1438 гг.)

Период второй. Расцвет русского литургического творчества (от середины ХV в. до конца ХVІ в.)  

1. Пахомий серб и его творчество  

    Анализ служб:  

        преп. Варлааму Хутынскому  

        Знамению Богородицы в Новгороде  

        преп. Сергию Радонежскому  

        св. митрополиту Алексию  

        преп. Антонию Печерскому  

        преп. Кириллу Белозерскому  

        перенесению мощей свят. Петра  

        канона св. пророка Илии  

2. Митрополит Макарий и русская агиология  

Службы, написанные до собора 1547 г.  

Службы периода соборов 1547-1549 гг.  

Службы второй половины ХVІ века  

    Анализ служб:  

        благовер. кн. Александру (Невскому)  

        преп. Михаилу Клопскому  

        свят. Никите Новгородскому  

        преп. Никите Переяславскому  

        преп. Варлааму и Иоасафу  

        митрополиту Филиппу Московскому

Период третий. Литургические памятники ХVІІ века  

1. Факторы, оказавшие влияние на литургическое творчество, начиная с конца ХVІ века  

2. Службы в честь икон Божией Матери  

    Анализ служб:  

        Смоленской иконе Божией Матери «Одигитрии»  

        Владимирской иконе Божией Матери  

        Казанской иконе Божией Матери.

       Тихвинской иконе Божией Матери.

3. Службы XVII века в честь святых и церковных событий

    Анализ служб:

        святителям Гурию и Варсонофию.

        благоверному Димитрию, на положение Ризы Господней..

4. Обряды и богослужебные чины.

Период четвертый. Литургические памятники ХVІІІ и ХІХ вв.  

Общая характеристика четвертого периода  

1. Службы четвертого периода  

2. Службы Дополнительной Минеи  

    Анализ служб:  

        свят. Димитрию Ростовскому  

        свят. Иннокентию Иркутскому  

        свят. Митрофану Воронежскому  

        свят. Тихону Воронежскому  

        свят. Феодосию Черниговскому  

        преп. Сергию и Герману  

        преп. Феодосию Тотемскому  

3. Новые чинопоследования

Период пятый. Литургические памятники ХХ века  

1. Литургические памятники до Собора 1918 г.  

    Анализ служб:  

        преп. Серафиму Саровскому  

        свят. Иоасафу Белгородскому  

        свящмуч. патриарху Ермогену  

        свят. Питириму Тамбовскому  

        свят. Иоанну Тобольскому  

        свят. Софронию Иркутскому  

        Всем Святым Земли Русской  

2. Литургические памятники после собора 1918 г.  

    Анализ служб:  

        чинопоследование пассии  

        чин погребения архиерея  

        св. праведной Тавифе  

3. Характеристика 5-го периода (ХХ в.) литургического творчества Русской Православной Церкви

Часть II. БОГОСЛОВСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ РУССКИХ ЛИТУРГИЧЕСКИХ ПАМЯТНИКОВ ПО ЛИКАМ СВЯТОСТИ  

1. Сотериологический характер русской литургической письменности  

2. Основные черты евангельского образа царства небесного в русской литургической письменности  

3. Пути русских святых в Царство Божие по свидетельству русских литургических памятников  

    А. Пути русских страстотерпцев и мучеников за веру  

    Б. Стезя преподобных  

    В. Пути русского святительского служения  

    Г. Пути святых русских мирян

ЗАКЛЮЧЕНИЕ  

Основные принципы русского литургического творчества  

Выводы. Краткая формулировка основных положений работы

ПРИЛОЖЕНИЯ  

Святые русской церкви  

Русские службы нерусским святым и церковным событиям  

Список акафистов  

Указатель литературы  

Список фотоснимков с икон  

Список примечаний

Источник:

Лозинский Р. Р. Русская литургическая письменность. Пути исторического развития и анализ богословского содержания // Работа на соискание степени магистра Богословия протоиерея Ростислава Романовича Лозинского. Кострома, 1964-1967 гг. Тула: Аквариус, 2018. С. 27–39.

При цитировании данной публикации ссылки на указанную книгу (с указанием полного названия книги и цитируемых страниц из нее) обязательны!

Ознакомиться с изданием можно в читальном зале библиотеки ОЦАД.